Главная » Статьи » Прозаические произведения » Романы

Время судьбы. Судьба улыбается

ГЛАВА ПЯТАЯ

 

СИРОТЫ ПРИ ДВОРЕ

 

Сердце молодца трепещет —

Царев двор в интригах плещет.

А.К.Толстой.

               

1

 

                В то время, как дядя развил бурную придворную деятельность, Борису исполнилось тринадцать лет. Это бьл тихий спокойный мальчик, любивший наблюдать природу и людей. Борис почитал своего отца, и после его смерти перенес почитание свое на дядю, паки обязан ему был заботой о себе. Попав ко двору, он увидел много интересного и неизьестного. Проживая в вяземском поместье отца и дяди, Борис привык к простоте и, надо признаться, никогда не помышлял о том, что когда-нибудь ему придется увидеть другую жизнь. В Вязьме Бориска играл запросто с дворовыми и крестьянскими детьми, тем более, что быт и жизнь помещиков средней руки того времени мало чем отличалась от жизни простых смердов, разве что наличием слуг.

                Принимая участие в мальчишеских забавах, Бориска никогда не верховодил, а всегда исполнял роль подчиненного. Борис не любил драться, боялся крови, поэтому в играх всегда уступал более сильному и

гордому, не любил бегать по лесам, карабкаться по кольям и заборам, набивая себе шишки.Зато обожал слушать про старину, смотреть на звезды и наряды. Будучи слабым физически, Бориска вынужден был хитрить. Он был скрытным подростком, себе на уме. Любимым его занятием было чтение книг. Способный от природы, имея хорошую память, Бориска под руководством отца, а потом дяди, овладел азбукой и любил порыться в домашних книгах и свитках, чем немало удивлял своих родных. Часто он предпочитал шумным играм с дворовыми уединение своей горницы, где со вниманием перелистывал страницы старинных фолиантов. Когда отец спрашивал, какое занятие ему более по душе, мальчик потупив взор, неизменно отвечал:

                —  Хочу писать книги и служить при царской библиотеке...

                Чем немало забавлял дядьку, который, смеясь в бороду,  приговаривал:

                —  Из тебя, племяш, библиотекарь, как из меня монах... Мы, Годуновы, всегда имели службу ратную, тяжелую, но почетную... Таково и тебе быть.

                На что не в меру серьезный мальчик никак не реагировал, а лишь поджав упрямые губы, отвечал:

                — Кому с ружьем быть, а мне с книгой служить...

                Даже в малой степени характер Бориса не был подготовлен к карьере ратника, что довольно сильно огорчало отца и смущало дядю.

                Попав, благодаря дяде, ко двору государя, Борис окунулся в неизвестный для него мир, который заставил круто измениниться его. Тем не менее внутренняя цельность натуры Бориса осталась в неприкосновенности. Подростка поразило огромное количество людей, богато одетых и очень важных. Впервые он столкнулся с такими качествами человеческой натуры, как чопорность, надменность и презрение, и ощутил это  на себе. Будучи мальчиком, он тем не менее видел, что к его дяде сановитые придворные, знатные князья и бояре относятся с нескрываемым презрением, как высшие к худородному дворянству. Единственно, кто к ним хорошо относился, сослуживцы дяди Шумила да Путята, часто захаживал новый судья царский Григорий Лукьянович, которые сами были худородными. Нередко родовитые бояре посылали в их адрес оскорбительные тирады. Размежевание это на знатных и незнатных происходило при дворе. Страдала от этого и Ирина, которая росла красивой и скромной девочкой .Но больше всего Борис не мог привыкнуть к той жестокости, которая царила при дворе Грозного.

 

2

 

                Однажды Ирина и Борис со своим дядей шли по Московскому Кремлю. Народу было много, летний день пылал жарой и кипятился. Многие мужики снимали мурмолки и обтирали ими со лба сильно струившийся пот. Дети рассматривали величавые постройки Кремля, так как это было увлекательное занятие. Особенно радовали глаза многочисленные золоченные купола соборов, шпили которых были украшены восьмиконечными православными крестами. Больше всего его поразила красота храма Василия Блаженного, построенного в честь взятия Казани в 1553-1559 годах. Мальчик долго не мог отвести глаз от этого удивительного творения зодчих. Он напоминал ему то громадного присевшего дракона, то огромную кучу грибов, то корзину с вареньем. Строители этого великолепного собора Барма и Постник Яковлев удачно  соединили стили византийский, персидский, индусский, итальянский во множестве куполов, пирамид, колоколен. Барма и Постник наперекор царю сделать собор из восьми приделов, сделали его девятиглавым, разместив восемь приделов вокруг одной центральной оси, смещенной в сторону Кремля. Центр собора был увенчан большим шатром, вокруг которого расположились своеобразные яркие купола, символизирующие объединение русских земель вокруг Москвы.                        

                Неожиданно на Красной площади появился царский глашатай и раздался звон вечевого колокола Успенского собора. Это отвлекло мысли Бориса от прекрасного божьего храма и он услышал призыв.

                —  Люди и гости московские! По велению государя, сбирайтеся на место лобныя! Казнити будут врагов государевых, изменников царских, врагов боярских! Ивана Курьина, Петра Головина и Дмитрия Шевырева!

                Народ стал собираться у лобного места. В это же время из ворот Кремля, под охраной стрельцов, вывели опальных бояр. Когда преступники взошли на эшафот, стража с бердышами окружила место. В круг вошли палач и руководители казни Вяземский и Скуратов. Первым приговор  зачитали Петру Головину. Его приговорили к четвертованию. Двое опричников скрутили Головина и подставили под топор левую руку. Народ затаил дыхание. Палач взмахнул своим страшным оружием. У толпы вырвался вздох. Над площадью разнесся страшный вопль раненого человека. Но мучения, порожденные царским гневом, только начинались. Потом была подставлена правая рука. Далее отсекли поочередно ноги и только после этого окровавленное тело обезглавили.

                Борис впервые видел такую открытую жестокость. Он побледнел и у него закружилась голова.

                Вторым на казнь был приглашен Дмитрий Шевырев. Его кончина была еще более мучительной. Палач соорудил на лобном месте деревянный, острозаточенный кол и проворные опричники с криками "Гойда! Гойда!" помогли палачу посадить боярина на кол. Борис и Ирина не могли вынести этого крика, Борису стадо дурно. Дядя, видя состояние детей, спешно ретировался с этого страшного места и уже в отдалении услышал голос Вяземского, который оповещал, что казнь третьего боярина Ивана Куракина царской милостью отменяется и заменяется пострижением в монахи.

                На Бориса увиденное произвело удручающее впечатление, тем паче, что казни в Москве и при дворе особенно не были исключительным явлением, а носили в то время постоянный характер. С учреждением опричнины в стране был установлен жесточайший массовый террор. Но не все было столь мрачно при дворе для Бориса. Узнав, что в хоромах Ивана есть огромная ' библиотека, мальчик стал просить дядю проводить его туда. Зная любовь Бориса к книгам, Дмитрий Иванович не посмел ему отказать в этом и испросил у самого государя разрешение на посещение его библиотеки, кое им и было получено.

 

3

 

                Одно такое посещение было весьма знаменательным. Дабы не оставлять сестру одну, Бориска взял Ирину с собой в библиотеку.Примостившись поудобнее за дубовым столом, мальчик углубился в чтение исторической рукописи. Это был "Домострой”, написанный бывшим духовником царя Сильвестром, ныне находящимся в опале. Сестра рядом играла в куклы. Лицо ее раскраснелось, русые вьющиеся волосы растрепались, и девочка в русском сарафане казалась очень красивой. Увлекшийся Борис не заметил, как дверь отворилась и в библиотеку вбежал десятилетний худенький мальчик в подпоясанной косоворотке и в сафьяновых сапогах. За ним бежали мамки и няньки, увещевая его. Мальчик плакал, кричал не желая остановиться. Увидев красивую девочку, он на время забыл о своих обидах и стал разглядывать незнакомку.

                —  Как величать? — спросил он не то у Бориса, не то у его сестры.

                Ирина оторвалась от игры и с детской непосредственностью назвала свое имя.

                —  Иринка, а можно и мне с тобой поиграть?..

                —  Можно, — радостно улыбнулась она.

                Но тут запричитали мамки.

                —  Батюшка, Федор Иоаннович , Вас государь ждет. Полно артачиться, пойдем'

                Тут ребенок, вспомнив свою обиду, снова закапризничал.

                —  Не хочу к батюшке, хочу играть с Иринкой! Хочу в куклы!

                —  Государь наказывает ослушников! — уговаривали мамки. —  Лучше пойдем по-хорошему!

                Княжич, зная крутой нрав отца, немного поупрямился, но пошел.

                Более Борис его в библиотеке не встречал, но запомнил, что это был царевич.

                —  Какой странный мальчик! — молвила сестра, впервые увидев своего будущего мужа.

Серебряная мышь гл.2(чтобы перейти к следующим главам нажмите на книгу)

Категория: Романы | Добавил: dojdimir (05.10.2014) | Автор: Дождимир Ливнев E W
Просмотров: 2074 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: